В интересное время живем. Доминирующие стили в архитектуре сменяются лишь раз лет в 20–30. Вот этот самый момент мы и наблюдаем. В первую очередь в Москве, но подтянутся и регионы.
Алексей Муратов
Главный редактор «Эксперт.Урбан», партнер КБ Стрелка
ННа смену коробкам — пусть и разноцветным, но регулярных, ортогональных форм — приходят здания более замысловатые: замыленные, разукрашенные, нацеленные на вау-эффект. Посмотрите, что проектируется и строится: ЖК «Бадаевский», цирк в Мнёвниках, новый корпус СЭВ, «Николь Резиденс»… Все эти проекты объединяет попытка выйти за рамки архитектурного мейнстрима и привычного вкуса, противопоставить им нечто новое, выразительное и экзальтированное.
Последний раз похожее в Москве случалось в «лихие девяностые», во времена Лужкова. Впрочем, на протяжении ХХ века перемена направлений в нашей архитектуре наблюдалась регулярно: модерн, авангард, сталинский историзм, модернизм — и вот эпоха Лужкова. Смена художественного языка происходила каждый раз, когда накапливалась критическая масса причин — политических, технологических, экономических, социальных, на которые даже такая консервативная дисциплина, как архитектура, не могла не отозваться.
Сейчас все эти причины ой как весомы. Впервые с 1930-х всерьез заговорили о национальном стиле в архитектуре и городской среде, причем на президентском уровне. Созданы два совета: один (во главе с Еленой Ямпольской) занимается всей материальной средой, другой (под руководством Дмитрия Швидковского) — архитектурой и градостроительством.
Сходные попытки наблюдаются и у других сверхдержав. Китай под руководством Си Цзиньпина еще десять лет назад взял курс на национальную по характеру архитектуру — и теперь имеет самобытную школу, которая успешно работает на экспорт и берет «Притцкеров». Затем «проснулся» Трамп: двумя указами (последний — август 2025-го) предписал для госзданий неоготику, неоклассику, неоренессанс — и запретил модернизм. Курс Трампа и Си на культурную особость поддержали и мы. Архитектура, как в 1930-е, стала элементом большой политики.
Казалось бы, через некоторое время, когда все немного устаканится, на смену витиеватой архитектуре опять придет более «строгий» стиль — так и было во все времена. Так констатируют историки архитектуры, начиная с Генриха Вёльфлина с оппозицией линейного и живописного и заканчивая Владимиром Паперным с чересполосицей Культуры 1 и Культуры 2. На место всех этих эмоций и связанных с ними спиралей с завитушками всегда приходит рациональная архитектура — архитектура ровных стен и прямых углов.
И всё бы так, если бы не одно но. А именно искусственный интеллект. Если совсем недавно, чтобы рисовать «излишества», нужно было серьезно потрудиться, то теперь достаточно выдавать задания ИИ и корректировать полученные результаты. Это вместе с развитием модульных и аддитивных технологий, упрощающих производство самых разных форм и элементов, дает широкие возможности для самовыражения. Причем такие возможности получают не только архитекторы, но и интересующиеся — широкий круг людей, лишенных профессиональных сдержек, связанных с «цеховой» культурой. К чему приведет всё это, мы не знаем. Мы наблюдаем только начало процесса. Но очевидно одно: скучно уже не будет.
