Еще раз о деле Ани Бешновой [ 161 ]

Елена Чудинова, автор «Эксперт»

Первая половина июня оказалась чревата множеством событий. Поэтому точка в деле об убийстве московской школьницы Ани Бешновой [1] была поставлена почти незаметно. Ехидничая непонятно над чем, некоторые газеты отметили, что вокруг Мосгорсуда, где дело слушалось, не было замечено активистов общественных организаций, которые полгода назад и привлекли внимание москвичей к трагедии.

А спрашивается – зачем было нужно такое присутствие? Следствие и суд – дело государства. Вот если б оно отказывалось расследовать и судить – тогда другой разговор. Впрочем, случись около здания какой-нибудь народный сход, те же самые газеты обвинили бы организаторов в сшибании политических дивидендов. Пришли – неладно, не пришли – тоже неладно.

Но так или иначе, а уроженец Узбекистана Ф. Турсунов признан виновным и осужден. Многие москвичи возмущены, что Турсунов получил не пожизненный срок, а 23 года. Думается, это непринципиально. Для наведения порядка важна не жестокость, а неотвратимость наказания. Убийца найден, и кара последовала.

Изменения к лучшему в области миграционной политики за минувшие полгода есть. Только, к сожалению, происхождение этих благих перемен – не политическая воля, а экономический кризис. Фантасмагорическая квота на работников из Средней Азии, уже было утвержденная на 2009 год, нас миновала. Еще три миллиона гастарбайтеров не растворилось в наших мегаполисах. Но вот дошло ли до общества, что, по сути, никто не знает, как нам жить в завтрашнем дне, – это едва ли. Я имею в виду даже не криминогенную обстановку, которую можно как-то улучшить, было бы желание, а систему общественных координат.

О том, что идеология (чтоб не сказать религия) толерантности зашла в тупик, свидетельствует явленное нам опять же в текущем июне баснословное «поправение» Европарламента. Это факт, и закрыть на него глаза невозможно: люди устали от «положительной дискриминации», «черного расизма» и прочих политкорректных диковин, о которых раньше и слыхом не слыхивали. Когда волеизъявление большинства граждан вступает в конфликт с официально исповедуемой идеологией, чревато это жестким противостоянием общества и власти.

Если бы Западная Европа могла вернуться лет на тридцать назад, когда идеология толерантности еще имела вполне разумные очертания! Увы, обратный ход невозможен.

Неприятно, однако же, и другое: даже признав необходимость выстраивать взаимодействие с партиями национального интереса, еще вчера категорически считавшимися маргинальными (как, например, британская НПБ), соседи по континенту не скоро и не сразу готовы будут признать, что перед нами стоят ровно те же самые трудные проблемы, что и у них.

На днях мне довелось посмотреть документальный фильм, снятый о нас горячими финскими кинематографистами. Слово «документальный» употребляю сугубо в том смысле, что не «художественный». Никакой документальности там не ночевало, сплошные подтасовки. Эдакая очередная рукосыла [2] про набитую страшными скинхедами ужасную Россию, которая уж заодно чает реставрации коммунистического режима. Но вот один момент меня поразил. Монолог правозащитницы Галины Кожевниковой, то и дело возникавшей на экране, я просмотрела несколько раз, чтобы убедиться – я не ошиблась. Повествуя о деле убитой школьницы, «к сожалению, вызвавшем истерику в СМИ», Кожевникова раза три называет девочку «Аней Бешневой». Вопрос: до какой же степени даме наплевать на страшную смерть подростка, что она не удосужилась даже правильно запомнить фамилию?

Раздражает даму этот подросток, весьма раздражает. Вот окажись Турсунов москвичом, а Аня – узбечкой, ее фамилия бы лихо отскакивала от правозащитных зубов.

Интересно, что фильм отснят теми самыми финнами, у которых только что победоносно вырвалась в Европарламент националистическая партия «Настоящие финны». Что тут сказать: двойной стандарт во всей своей красе. Занятный, надо сказать, фильм: через него проходит история семейства из Азербайджана (насколько я поняла, активно опекаемого той же Кожевниковой). Эти люди получили у нас прибежище, имеют крышу над головой (не где-нибудь – в Москве), двое их детей бесплатно получают образование. И что они – благодарны? Ничуть не бывало: заученно повторяют в камеру – нам здесь страшно, люди здесь все плохие, как бы тут с нами ничего не случилось. При этом все – в отличие от Ани – живы и здоровы, разве что глава семейства – взрослый крепкий мужчина – один раз с кем-то подрался в подъезде.

А один из детей – мальчик-подросток – без смущения сообщает: «Я – азербайджанец, здесь я только учусь». А почему, спрашивается, наши деньги, деньги налогоплательщиков вкладываются в образование человека, который никоим образом не намерен компенсировать их в будущем нашей стране? Для финского зрителя это нормально: он не соотносит свои европарламентские новшества с нашей отрицательной и дикой страной, еще более нормально это для Галины Кожевниковой.

Интересно, слышала ли правозащитница о начавшемся недавно в Москве процессе над азербайджанскими же «Черными ястребами», в результате нападения которых два юноши получили тяжелейшие ранения? Ребята чуть не погибли просто так, потому что в недобрый час оказались с «ястребами» в одном вагоне метро. Не сомневаюсь, что на идеологию преступной группировки повлиял проживающий в Москве азербайджанец Эдуард Багиров, открыто призывающий к расправам над русскими.

Впрочем, какая разница, известно ей это или нет? Правозащитники – публика своеобразная. Единожды вбив себе в голову, что надлежит ожесточенно бороться со всеми меньшинствами против всех большинств, они ни на волос не сдвинутся – никакие факты их убедить не способны. Но мы-то – хочется надеяться – люди разумные. Для того чтобы справиться с проблемой, необходимо ее признать. Между тем идеология толерантности, некогда, повторюсь, вполне благая, но ныне трансформировавшаяся в разновидность сумасшествия, мешает нам увидеть очевидное: недальновидная миграционная политика привнесла в нашу жизнь огромное количество сложностей – как криминальных, так и экономических.

Жертва этой миграционной политики – школьница Аня Бешнова. Убийца осужден, но проблемы не решены.

А когда соседи западноевропейцы снова начнут учить нас жить, стоит оглянуться на то, что творится в их собственном дому. А в нем все увереннее поднимает голову уставшее от бесправия большинство – национальное, сексуальное и религиозное.