Время ли разбрасывать камни?
Наталья Владимирская, собственный корреспондент журнала «Эксперт Северо-Запад» в Петрозаводске.
Сорок различных инстанций – столько нужно обойти, чтобы получить разрешение на открытие щебеночного карьера
Фото: Владимир Басов
О «частоколе административно-бюрократических барьеров», о мерах, которые помогут восстановить докризисные объемы добычи и продаж нерудных материалов, о ситуации в отрасли в целом говорилось на Всероссийской конференции горнопромышленников, прошедшей в Петербурге в начале июня. Среди участников конференции преобладали представители малого и среднего бизнеса (одна из обозначенных проблем так и звучала: «Как противостоять монополистам»). Организаторами выступили общероссийская организация малого и среднего предпринимательства «Опора России», Клуб горнопромышленников Северо-Запада, а также Санкт-Петербургский горный институт.
Выживем ли вообще?
Оценки именитых докладчиков по поводу ситуации в горнорудной промышленности несколько разнились. Одни полагали, что отрасль уже достигла кризисного дна как по ценам, так и по уровню рентабельности и постепенно выбирается из ямы. Доказательство – прирост продаж на 35% с начала года. Объемы меньше прошлогодних, но динамика налицо. Другие отводили кризису еще как минимум весь текущий год. А по мнению генерального директора компании «Механобр-техника» Леонида Вайсберга, сегодня вопрос стоит так: выживет ли горнопромышленный комплекс вообще?
Но практически все участники конференции констатировали, что к докризисным проблемам (нехватка электрических мощностей и низкая пропускная способность железных дорог) добавились новые: у компаний отсутствуют оборотные средства, уменьшились возможности пользоваться кредитами, разведка недр практически не ведется, основные фонды изношены, спрос на продукцию упал, потребители задерживают платежи. В лучшем случае рассчитываются натурой: например, щебеночной фирме «Ленстройдеталь» партнеры платят квартирами в сданных в эксплуатацию питерских новостройках. Многие производители на грани банкротства. Склады переполнены, объемы производства щебня упали на 50%. Единственными потребителями щебня в 2009 году остались КАД, дорога Москва – Санкт-Петербург и крупные московские стройки – очередное кольцо и проект «Москва-Сити», который, правда, пока заморожен.
Цены на щебень и камень с осени 2008 года обвалились на 25%. Себестоимость производства, напротив, выросла из-за повышения тарифов на электроэнергию и железнодорожные перевозки. В стоимости каменно-песчаного продукта особенно велика транспортная составляющая: при перевозке в соседний регион цена щебня и гравия вырастает на 20−30%, песка – на 90%. Есть еще три мощных фактора, создающих производителям нерудных благ массу трудностей. Это административные барьеры, вредительство (как считают производители) фискальных структур, а также надуманные страхи местных жителей, воспринимающих открытие карьера чуть ли не как мини-Чернобыль рядом с их двором.
Сегодня по занятости населения Северо-Запада нерудная отрасль находится на первом месте. В Карелии, где ситуация в лесопромышленном комплексе просто критическая (и дело не в мировом кризисе, а в том, что лесопромышленный ресурс республики объективно на грани исчерпания), а костомукшский комбинат «Карельский окатыш» работает вполсилы, нерудная отрасль становится бюджетообразующей. «Сегодня это единственная отрасль, которая идет с опережением и по показателям физического объема вытягивает всю экономику Карелии», – прозвучало на одном из совещаний в региональном правительстве из уст премьер-министра Павла Чернова. «Уклон делаю на вас», – добавил премьер, обращаясь к министру природных ресурсов республики Льву Шустову.
Но вот что любопытно. Когда участники конференции горнопромышленников жаловались на бюрократические препоны при открытии производств, все дружно вспоминали Карелию, говоря, что это «вообще какой-то особый регион». «Чтобы открыть бизнес, нужно пройти через десятки экспертиз и согласований, – говорит директор компании „Берг-Проект“ Андрей Каренин. – На сбор комплекта разрешительной документации в этой республике нужно два-три года времени и порядка 10 млн рублей». Потом в кулуарах один из директоров щебеночного предприятия сообщил корреспонденту «Эксперта С-З», что насчитал 40 согласовательно-разрешительных контор, через которые он два года проходил, прежде чем получить добро на ведение бизнеса. Препятствия чинят главным образом региональные управления федеральных структур. В меньшей степени – республиканские органы.
Спите под своими плитами спокойно
Глава московского холдинга «Возрождение» Александр Журавлев тоже ведет бизнес на севере Карелии – в Лоухском районе. Блочный камень там роскошный, но доставлять его ближайшему потребителю в Санкт-Петербург приходится за 1000 км. За прошлый год холдинг получил 5 млн рублей убытков. «Бизнес по производству блочного камня энергоемкий, капиталоемкий, низкорентабельный», – сказал в своем выступлении Журавлев, но чувствовалось, что с этим он готов мириться. А с «частоколом административно-бюрократического аппарата» – никогда. «Работаем в Чупе, – возмущался Журавлев, – а на налоговый учет нас заставили встать в Петрозаводске – за 600 км. Налоговая инспекция насчитала нам за прошлый год такие налоги, что если при нашей сегодняшней рентабельности 6−8% их выплатить, то бизнес рухнет. Отходы и отломы посчитали как выход готовой продукции! И мы ничего не можем предпринять».
Председатель Ассоциации горнопромышленников Карелии Владимир Аминов не стал вступать в полемику по поводу «особости» региона, а рассказал о текущем моменте на карельском рынке. В 2009 году добыча нерудных материалов ожидается на уровне 80% по сравнению с 2008−м, а реализация добытого – на уровне 50%. В республике действует 27 предприятий по производству щебня и 12 – по производству блочного камня. Все – малые и средние предприятия. Отрасль, по словам Аминова, модернизирована, оборудование применяется современное.
Постоянно, по словам лидера карельских горнопромышленников, ведутся проверки соблюдения условий пользования карьерами, в том числе внеплановые – по обращениям общественных и правоохранительных организаций. Три такие проверки уже проведены в 2009 году. Обычно с жалобами обращаются «зеленые». «Причем на территории Костомукши, – комментирует Аминов, – работает огромнейший комбинат, который „зеленых“ не беспокоит. Но стоит рядом начать разрабатывать маленький карьер – поднимается шум о нарушении экологии».
Президент Клуба горнопромышленников Северо-Запада Сергей Лосенко отметил, что экологические и другие общественные организации часто используются в конкурентной борьбе между недропользователями. Пример тому – Лахденпохский район, где владельцы карьеров, не желающие прихода конкурентов, а также те, кто спекулирует земельными участками, умело манипулируют общественным мнением. Людей стращают экологической катастрофой и призывают бороться против новых производств.
И.о. главы Лахденпохского района Эльвира Анохина считает, что в районе могут сосуществовать и парк «Ладожские шхеры», и камнедобыча. В Финляндии, которая очень заботится о своей экологии, в сто раз больше карьеров, чем в Карелии, и в тысячу раз больше туристских баз. При современных технологиях (а они у нас и в Финляндии примерно одинаковы) все это прекрасно уживается. «Помню, – рассказывала Анохина, – на публичных слушаниях по поводу размещения карьеров спрашиваю у протестующих бабушек: „А дети ваши где?“ – „Дети уехали. Одна дочка в Питере, другая в Сортавале“. – „А почему они уехали?“ – „Работы нет“… В красивейшем поселке Таунан когда-то проживало 500 человек. Здесь был процветающий зверосовхоз, люди жили в достатке. Сегодня остались школа, почта и магазин. Мужчинам работать негде».
Из кластера – на биржу
Как восстановить докризисные объемы? По мнению участников конференции, без участия государства не обойтись. Во-первых, следует повышать долю госзаказа (страна нуждается в дорогах и жилье, а щебень, как и цемент, – это хлеб строительства). Во-вторых, необходимо кредитное обеспечение проектов. В-третьих, нужно поставить заслон для ввоза украинского щебня на российский рынок. По словам представителя Комитета экономического развития, промышленной политики и торговли Петербурга Михаила Ещенко, этот вопрос решен. «Украинцы ввозят щебень в Россию по 800 рублей за тонну, а мы с нашими транспортными тарифами едва укладываемся в 1 тыс.», – объяснил Ещенко необходимость изгнания украинцев с российского рынка.
По мнению Сергея Лосенко, следует создать горнопромышленный кластер, объединив предприятия добывающие, перерабатывающие и сопутствующих отраслей. Это позволит снизить теневой оборот природных ресурсов, исключить монополизацию, уменьшить дефицит воспроизводства материально-сырьевой базы и будет содействовать развитию федеральных программ («Жилье России», «Дороги России», «Сочи-2014»). Кроме того, нужно привлекать камнедобытчиков к торгам на бирже. На товарно-сырьевой бирже «Санкт-Петербург» уже прошли первые торги щебнем, с июня начнет работать Комитет по торговле нерудными и строительными материалами. Торги на бирже, по мнению экспертов, позволят отслеживать чистоту сделок, урегулировать существующий разброс цен. В Москве, например, цена кубометра щебня от карьеров в 2008 году составляла от 700 до 1 тыс. рублей, в Карелии – от 300 до 500. Тогда как при торгах на бирже вилка будет в пределах 100 рублей.
По информации, прозвучавшей на конференции, до сих пор были монополистами и, соответственно, диктовали цены на северо-западном рынке щебня Группа ЛСР, ПО «Ленстройматериалы» и ООО «Возрождение». С началом торгов на бирже ситуация изменится. Кроме того, выставление не менее 50% продукции на торги будет обязательным условием выдачи лицензии – такое постановление готовится в правительстве России.
Главное же, чего хотели бы добиться производители нерудных материалов, – это изменение норм законодательства, касающихся прав пользования недрами, в том числе в части разграничения полномочий федеральных и региональных властей. Нужно срочно совершенствовать законодательную базу, четко и однозначно прописать условия выдачи лицензий на разработку карьеров, дабы защитить предпринимателей от чиновничьего произвола. По свидетельству одного из выступавших, подобная «эпопея с вмешательством федеральной прокуратуры» случилась недавно в Карелии. Длилась она два года и, по убеждению оратора, была «инспирирована с целью перераспределения лицензий».
Санкт-Петербург
