Церковь должна решительно встать на защиту человечества от интеллектуального и биологического вырождения, которое неизбежно в случае бесконтрольного развития искусственного интеллекта. Таков лейтмотив обнародованной 25 мая энциклики Папы Римского Льва XIV. Она выходит далеко за рамки сугубо религиозного послания, а представляет собой социальный, экономический и политический манифест Католической церкви эпохи цифровизации.
Ватикану не впервой вставлять палки в колеса научному прогрессу: достаточно вспомнить судьбы Джордано Бруно и Галилео Галилея тысяч, менее известных «еретиков», которых отцы католической церкви обвиняли в содействии «врагу рода человеческого». Казалось бы, энциклика Magnificia Humanitas («Великолепное человечество»), первая от имени нынешнего главы Святого Престола, продолжает эту не самую светлую страницу в истории католицизма, однако с ней всё не так однозначно.
С точки зрения Льва XIV, цифровые платформы спроектированы так, чтобы «поглощать время пользователей и эксплуатировать их слабости». «Профилирование, прогнозирование и управление поведением являются новой формой власти», — считает Папа Римский.
Для достижения своих узкоэлитных целей, констатирует Magnificia Humanitas, носители этой власти «множат страдания жертв духовного, экономического, институционального, сексуального насилия, злоупотреблений властью и совестью», создают новое рабство и новый колониализм. (Не будь он Папой, американец Роберт Фрэнсис Превост вполне мог бы работать спичрайтером для представителей Демократической партии.)
Доктрина, которую изложил Лев XIV в своей энциклике, исходит как из совершенно верных, так и из весьма спорных посылов, считает советник гендиректора Всероссийской государственной библиотеки иностранной литературы им. М.И. Рудомино, религиовед-ватиканист Алексей Юдин. «Что развитие ИИ размывает этические основы, на которых стоит человеческое общество, это не вызывает сомнений, — сказал он „Эксперту“. — Но заявления, что этот процесс сознательно инициирует некая „цифровая закулиса“, — чистой воды конспирология. Представители Святого Престола давно находятся в контакте с представителями Кремниевой долины, и между ними нет каких-то тайн, которые последние прячут от „прогрессивного человечества“, интересы которого берется представлять Ватикан».
Призывы Льва XIV по своей энергетике близки к почти десятивековой давности энциклике Папы Урбана II, провозгласившего крестовый поход в защиту христианской веры. Нынешний глава Ватикана также призывает католиков (и не только их) начать «крестовый поход» против искусственного интеллекта и «разоружить» его.
При этом Лев XIV совсем не ставит целью запретить или затормозить научный прогресс, подчеркивает Алексей Юдин: «Церковь старается не дать под видом прогресса выхолостить душу у человека, извратить моральные основы. Ведь, например, изобретение атомной бомбы было огромным достижением технологий, но оно же стало крупнейшим в истории человечества моральным падением — что первым отметил вовсе не Ватикан, а наш академик Дмитрий Сахаров».
Magnificia Humanitas выходит далеко за рамки религиозно-философского трактата. Из уст церковного деятеля непривычно слышать призывы выйти за рамки ВВП как параметра уровня развития страны, сосредоточиться на защите труда путем переориентации его результатов на человека, а не только на производительность, к сокращению неравенства, охране окружающей среды, сокращению добычи редкоземельных минералов, отказу от финансов ради финансов, к обновлению профсоюзных организаций и др.
Ватикан не впервые пытается влиять на сугубо земные проблемы, и здесь Лев XIV не является первопроходцем, рассказал «Эксперту» профессор Учебно-научного центра изучения религий РГГУ Николай Шабуров: «Папа Лев XIII ровно 135 лет назад издал энциклику Rerum Novarum („Желание нового“), которая целиком была посвящена угнетенному положению рабочего класса. В ней Папа, в частности, поддержал право рабочих создавать профсоюзы и, по сути, положил начало идеологии христианской демократии».
Изложенная в энциклике доктрина католической церкви подразумевает, что человечеству не следует рассчитывать, что новые технологии сами решат все его проблемы, и это не религиозный, а общечеловеческий императив, подчеркнул в комментарии «Эксперту» генеральный викарий Архиепархии Божией Матери в Москве Кирилл Горбунов: «Аудитория энциклики не только католики. Святой Престол является субъектом международного права и поэтому может обращаться ко всем народам и правительствам. Церковь тысячами нитей связана с происходящими в мировом сообществе процессами, которые затрагивают всех людей, независимо от их конфессиональной принадлежности. Использование научно-технических достижений так, чтобы они работали во благо, а не во вред людям, как раз и является одним из таких процессов».
Несмотря на то что число католиков в мире превышает 1,5 млрд, энциклики Ватикана не являются постановлениями правительства, обязательными к исполнению. У Ватикана нет прямых рычагов, чтобы добиваться исполнения озвученных со Святого Престола идей, говорит Николай Шабуров: «Нынешний Папа — американец, и он хорошо знаком с представителями той самой „цифровой технократии“, которую он критикует. Тем не менее они в большинстве своем не католики, то есть даже формально не обязаны прислушиваться к мнению Папы Римского. Соответственно, эффективность подобных его воззваний вызывает большое сомнение».
