Дональд Трамп отложил введение масштабных пошлин на 90 дней для более 75 стран, объяснив это тем, что «десятки стран попросили обсудить пошлины». Европа зеркально отказалась от контрмер на три месяца. Вечером 10 апреля телеканал CNBC со ссылкой на неназванного представителя Белого дома сообщил, что пошлины США на товары из Китая в общей сложности составили уже 145%.
Дмитрий Суслов
Заместитель директора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ:
На решение Трампа взять 90 дней тарифной паузы повлияли не только готовность многих стран мира вступить в переговоры с США по заключению новых торговых соглашений, но и внутриполитическое давление, а также давление со стороны бизнеса. Разумеется, Трамп не заинтересован в катастрофическом поражении республиканских партий на предстоящих промежуточных выборах. Не заинтересован Трамп и в том, чтобы с ним ассоциировали новую Великую депрессию или третий глубочайший экономический кризис за последние 20 лет. И конечно, Трамп опасается потери республиканского большинства в Конгрессе.
Последнее мы видим хотя бы на примере Элиз Стефаник, которую Трамп не стал номинировать в ООН в качестве посла Соединенных Штатов именно из-за хрупкости республиканского большинства в палате представителей. Чтобы Республиканская партия лишилась его, достаточно буквально нескольким ее сторонникам переметнуться на сторону демократов. Это поставит крест на очень многих направлениях политики Трампа, да и на его дальнейшем президентстве в принципе. Попав под контроль демократов, палата представителей тут же начнет блокировать все без исключения инициативы Трампа, инициирует в отношении него новые расследования, объявит импичмент и так далее и так далее.
Трамп вынужден действовать осторожно и под давлением деловых кругов: многие соратники Трампа, в том числе Илон Маск и другие представители крупного американского бизнеса, выступили против тарифной политики.
Можно сделать вывод, что протекционистский курс в принципе сохранится — приоритеты Трампа в виде реиндустриализации и сокращения торгового дефицита остаются неизменными. Но масштаб тарифов, скорее всего, вот до таких размеров уже не увеличится. Тот масштаб, который был объявлен 2 апреля, предполагал, что пострадавшие стороны вступят с США в переговоры и Штаты их будут вести с позиции силы. И мы видим, что в отношении многих стран это действительно сработало.
Но на что же рассчитывает Трамп, продолжая торговую войну с Китаем? Очень просто: Трамп рассчитывает на то, что Китай потерпит куда больший экономический ущерб, чем Соединенные Штаты, и будет вынужден в результате этого пойти на уступки. Дело в том, что эта торговая война чисто математически по Китаю бьет больше — просто потому, что китайский экспорт в США существенно больше, чем американский экспорт в Китай.
Да и в целом китайская экономика гораздо более экспортоориентирована, то есть Китай от своего экспорта действительно зависит и закрытие американского рынка нанесет Китаю большой экономический ущерб. Например, приведет к замедлению темпов экономического роста, что будет болезненно для китайского руководства.
То есть, с одной стороны, у США гораздо ниже болевой порог — в силу характера их внутриполитической системы и короткого выборного цикла. Китай же при этом может понести больше экономического ущерба.
Я, честно говоря, сомневаюсь в том, что китайское руководство пойдет на переговоры с США с позиции слабости. Скорее всего, Китай и США в ближайшее время будут играть в гляделки: кто первый моргнет, кто первый даст слабину.
Как могла бы выглядеть сделка с Китаем, которая бы устроила Трампа настолько, чтобы он отказался от заградительных пошлин? Скорее всего, в нее бы вошли жесткие обязательства Китая покупать гораздо больше американских товаров, наращивать импорт из США, стремиться к налаживанию торгового баланса, а также повышение курса юаня с отказом от его дальнейшего понижения и отказ от «торговых манипуляций», которые Трамп ставит Китаю в вину. Еще одним важным пунктом может стать требование к Китаю отказаться от его традиционного требования, согласно которому в качестве условия доступа на рынок КНР американские компании должны передавать китайцам свои технологии.
