Фотополигон
Совместный проект журнала «Русский репортер» и интернет-ресурса «Фотополигон» (http:photopolygon.com/). «Русский репортер» еженедельно печатает кадры, занимающие две верхних строчки зрительского рейтинга «Фотополигона» и один кадр, специально выбранный РР.
1−е место в рейтинге. Август 2007 года. Москва. Музей изобразительных искусств имени А. С. Пушкина.
Фото: Дмитрий Зверев
2−е место в рейтинге. Сентябрь 2008 года. Львов. Праздничное богослужение в день Рождества Пресвятой Богородицы в одном из католических соборов города.
Фото: Александр Петросян
Выбор «РР». Август 2008 года. Крым. Сакское озеро. Туристы, приехавшие лечиться местными целебными грязями.
Фото: Сергей Козьмин
Профессионалы и любители фотографии могут сказать, что в этом снимке не хватает художественного содержания. Возможно, кадр выиграл бы, если отделить трех барышень на первом плане от пляжа на втором, уменьшить глубину резкости, а также добавить чуть больше пространства неба и моря.
А теперь забудьте все написанное в первом абзаце. Потому что содержание фотографии лично меня интересует больше, чем техническая проработка. Леопардовый сарафан, розовый телефон… И, конечно, таких героинь я оставить без внимания просто не мог.
Артем Чернов,
модератор сообщества photopolygon.com, для «РР»
Черные контрастные фигуры «сделали» обакадра-лидера. Дмитрий Зверев остроумно противопоставляет темные, типично офисные силуэты белизне античных атлетов, титанов и богов. Совершенство скульптурных поз отлично контрастирует с простоватой бытовой пластикой наших современников. Безупречная композиция кадра добавляет ему ехидной иронии.
Тень человека в сияющем пятне света «держит» кадр Александра Петросяна. Одиночество входящего в храм подчеркнуто многолюдьем перенасыщенного деталями интерьера. Точно передано ощущение краткой паузы, остановки на пороге, молчаливого сосредоточенного внимания, обычного для верующего человека, входящего в церковь. Разумеется, вполне возможно, что пойманная автором тень принадлежиткому-то на выходе, но воображение зрителя напрочь отказывается допускать такой прозаический вариант прочтения.