Хеппи-энд по Кустурице [ 1 ]
Сегодня в киноцентре «Октябрь» прошла пресс-конференция сербского режиссера Эмира Кустурицы, фильмом которого «Завет» откроется сегодня вечером 29-й Московский кинофестиваль. Кустурица признался в любви к ММКФ и российской киношколе, рассказал о планах снять свой новый фильм в России, а также выразил опасения, что авторское кино находится на грани исчезновения, а современный кинематограф все больше напоминает модные показы с их летними и зимними коллекциями.
Фото: film.ru
Для начала режиссер выразил восхищение российской киношколой: «Я отдавал фильм специально на Московский кинофестиваль [2], потому что считаю, что у российского и сербского кино общие корни. Еще когда я учился в Пражской киношколе, своих идолов кино я находил именно в российском кинематографе.
Новый фильм, по словам режиссера, рассказывает о людях, которые живут вне города, а потому находятся в совершенно другой идеологии, других координатах. «Я думаю, что кино сегодня, если судить по темам, которые в нем освещаются, и по тому, как оно снимается, производится так же, как, например, одеколон. То, как меня учили снимать кино, сегодня уже забыто. Поэтому я хотел снять фильм по максимально простой идее. Эта история происходит в запущенном сербском селе, где дед дает внуку задание выполнить три обещания – поехать в город и продать корову, купить икону и найти себе жену», — рассказал режиссер.
На вопрос, возможен ли такой сказочный карнавальный сюжет в постсоциалистической реальности, которая отражена в фильме, Кустурица ответил, что только жанр сказки может подсказать человеку выход из положения. «Думаю, не только украинский или сербский зритель может узнать в фильме окружающий его мир, но и все жители постсоветского пространства. Потому что сейчас многие постсоветские страны проходят переломный этап – перелома в душе, поворота к материальным ценностям. Не исключено, что проблемы у нас одинаковые».
«Место, где снимался «Завет», очень похоже на то, где я сам живу. Это кино — вклад в терапию. Ведь киноискусство — это вклад в улучшение человечества. Люди должны стать лучше, чище, испытать прекрасные ощущения. И в этом смысле режиссер – это психотерапевт», — добавил он.
Про исполнителя главной роли Уроша Милановича было сказано, что вначале он не демонстрировал особого актерского таланта. «Зато когда он попал в мое магнитное поле, то начал играть. Потому что я применяю методы гипноза, разные своеобразные наркотики», — пошутил Кустурица.
Те, кто уже видел «Завет» [4], довольны. Герой вечера рассказал, что когда Никита Михалков впервые посмотрел фильм, то был счастлив, что в конце написано happy end. Хотя, по мнению Кустурицы, в реальной жизни
«Сейчас люди в Сербии распяты между идеей архетипа и поиском
Кустурица признался, что он с большим бы удовольствием снимал в России, и здесь ему не помешало бы даже скромное знание русского языка. «Потому что диалог в кино — это не самое важное. Важно ощущение атмосферы страны. Особенно сейчас, когда грани в кино очень размыты, и непонятно, что такое кино. Мне кажется, сейчас можно экранизировать даже телефонный справочник».
Современный кинематограф Кустурице напоминает модные показы с их летними и зимними коллекциями. По его словам, количество хороших режиссеров сейчас ничуть не меньше, чем в годы расцвета кино после Второй мировой войны, просто Голливуд пытается всячески это скрыть. «Когда три года назад я был председателем жюри на Каннском кинофестивале, мне показалось, что происходящее – это просто конец авторского фильма. Но сумел увидеть
На ближайшее будущее у Кустурицы запланировано два проекта: «Один о мексиканской революции. О втором проекте не могу говорить детально. Но, возможно, буду снимать его в России».
Ссылки